Притворись нашей мамой. Дочери [Вторая жена Амира. Удальцовы] - Регина Янтарная

В гримерку настойчиво стучат.

– Войдите!

Входят ноги и огромная корзина белых роз.

Очередной поклонник, – вздыхаю обреченно. Уже собираюсь сказать ему пару «ласковых», чтобы отшить.

Но тут же корзина опускается на пол.

В изумлении гляжу на вошедшего. Морщу носик, встаю с места. На автомате иду к мужчине.

Упираюсь в мужскую грудь, вдыхаю знакомый запах, от которого мне когда-то кружило голову.

Крепкие ладони лежат на моей хрупкой талии.

Чувствую на виске горячее дыхание, слышу хриплый голос, и горячее прикосновение в один миг напоминает мне о прошлом, которое я пыталась забыть сто восемьдесят один день и четырнадцать часов.

Опускаю взгляд в пол. Бабочки под ребрами сходят с ума.

Нежные руки скользят по плечам, чуть сжимают их.

Мои мысли лихорадочно мечутся от мужчины к своим чувствам.

Цепляюсь взглядом за гладко выбритое мужественное лицо.

Амир улавливает мой взгляд, улыбается краешком губ.

Молчу. Кусаю накрашенные губы, сжимаю мокрые ладони в кулаки.

Он прижимается ко мне, его дыхание сбивается. Не выдерживает муки, резко дергает меня на себя. Падаю на его грудь.

– Я так соскучился! – жарко шепчет мне в ухо.

Жадно рассматриваю мужчину моей мечты. Стильная стрижка, волосы небрежно зачесаны назад. Черты лица немного резкие в этом свете, кожа бледная.

На дне черных зрачков пляшут знакомые мне черти, а в черных как ночь глазах замерла в ожидании ответа бесконечная любовь.

Гляжу в любимые темные миндалевидные глаза, и внутри меня всё переворачивается.

Замираю в нерешительности.

Я – женщина, поэтому не должна первая признаваться в любви.

Амир режет меня откровенным взглядом. Ждёт.

Ворот рубашки расстегнут, вижу, как дергается нервно кадык на мощной шее.

Ами трет в нерешительности лицо и его взгляд блуждает по моей пачке и пуантам.

– Ты невозможно красивая и талантливая! – наконец выдыхает он, награждая меня страстным взглядом.

Не могу отвести глаз от его порочных губ. Меня тянет к этому мужчине сейчас еще с большей силой, чем шесть месяцев назад.

Оглаживаю пальцами четкую линию его скул, касаюсь пальцами губ. Больше нет сил, скрывать эмоции. Мои губы искусаны в кровь, спрятанные стоны рвутся наружу.

– Ами, я тебя люблю! – фраза сама слетает с губ:

Любимый мужчина сгребает меня в охапку, прячет лицо на моей груди. Слышу то ли сдавленные стоны, то ли всхлипывания, то ли смех.

Теряю голову, когда он впивается ногтями в мои бедра. Стону, когда оказываюсь прижатой его мощным телом к софе.

Дальше всё как во сне…

Жар сбившегося дыхания. Запоздалые признания в любви. Предложение замужества.

Угасающий на груди последний жаркий поцелуй.

Влажная кожа…

Холод между лопаток и неожиданный женский крик…

Оба сползаем с дивана, падаем в любовной агонии на пол.

Обхватываю шею любимого руками.

– Ами, я тебя никуда и никогда больше не отпущу.

Тут же оказываюсь прижатой спиной к мужской теплой груди.

– Не отпускай!

Получаю в подарок жгучий поцелуй. Стремительным рывком целую в ответ.

– Как ты меня нашел? – едва отдышавшись, интересуюсь у него. Видел на афишах в интернете?

– Нет, – отвечает честно. – Твой отец нашел меня сам. Приехал. Поговорили по-мужски. Обсудили, как будем тебя делить. Пришли к общему решению…

– Что? – с удивлением таращусь на мужчину.

– Твои родители разрешили переехать моей семье в ваш дом. Позже построим свой маленький дом на участке, места там полно. Мой брат и его жена нам помогут.

– Ты разыгрываешь меня?! Жестоко. Нельзя так шутить над бедным истосковавшимся сердечком. Нельзя! – из глаз текут слезы.

Поднимаюсь с пола, падаю на диван, гляжу на Амира в упор.

– Мои родители согласились на тебя с условием, что я останусь под их крылышком? – даже не знаю злиться или радоваться.

– Где дети и Камилла?

– Играют с твоими братишками, ждут нас у тебя дома.

Выдыхаю.

О такой крутой премьере я и мечтать не могла!

Права Алёнка, надо читать женские любовные романы и верить в силу любви!

***

Спустя два дня

Сегодня мы собрались за праздничным столом в нашем доме. Здесь наши две семьи в полном составе. От шума и гама даже разболелась голова.

Дочки Амира дергают меня во все стороны.

– Мама, – кричит Зехра, и моя мать оборачивается на детский возглас.

– Мамуля, – обращается ко мне Лиля, и моя мама снова вздрагивает. Она не понимает, почему меня – ее маленькую доченьку вдруг называют «мамой».

– Господи, я никогда к этому не привыкну, – стонет она. И папа берет ее за руку, успокаивает, поглаживая длинные музыкальные пальчики.

А я уже привыкла.

Конечно, пока не очень представляю себе, как совмещать балет, фигуру, режим и огромную семью с ее заботами о детях, но надеюсь на помощь близких.

Моя любимая мама с ее рыжими неувядающими кудряшками, моя дорогая сестренка Аленушка, которой самой недавно стукнуло семнадцать, моя любимая Лерка, готовая отдать за меня жизнь – они всегда будут со мной. В них моя сила!

Поэтому я не должна бояться аллергий, ветрянок, праздников дочерей. «Мои» помогут мне воспитать девочек достойными, ведь в моей семье все женщины такие, и другими быть не могут!

– Папуля! – целую Демида в щеку. – Я тебя очень люблю. Ты так много сделал для меня и для мамы! Прости за всё, – благодарно заглядываю в любящие глаза цвета неба.

Отец обнимает меня за плечи, целует в щеку.

– Дочка.

***

Спустя два года

«Жизель»

Кульминационный момент.

Беспощадная Мирта надвигается на меня.

Слышу в музыке голос возмездия, беспощадность льется из глаз соперницы темным светом.

Конфликт между мной и Миртой разгорается с дьявольской силой.

На кону жизнь возлюбленного Альберта.

Я обязана его спасти!

Перехожу черту подчинения, предаю мою повелительницу Мирту.

Спасаю Альберта от виллис, подвожу его к кресту.

Неумолимая Мирта поднимает магическую ветвь. Лицо ее замирает в неподвижной маске. Пугает.

В ночном царстве всё и все подчиняются ей. Она всемогуща и ее гнев не знает границ. Но мне нечего терять… Я потеряла самое главное – любовь.

Поднятая надо мной и Альбертом ветка – скипетр ломается с жутким треском. Чувствую кожей, как холодная рука Мирты властно хватает мою руку, ведет за собой. Иду обреченно, мой дух подчиняется ей.

Сердце летит к ногам, когда она приказывает мне танцевать, увлекая Альберта подальше от креста.

Я борюсь с собой и с ней, мое сердце рвется на части. Одна принадлежит моей повелительнице, вторая – любимому, которого я должна, обязана спасти!

Сила Мирты настолько огромна, что мое призрачно фантомное тело летит за ней, устремляется в танце.

Любимый спешит за мной, он мне верит… Сейчас он грезит лишь моим именем.

Жизель…